— Говорят, вчера у нас уже был инспектор Управления, — осторожно полуутверждает, полуспрашивает Михаил Олегович. — Я, правда, временно отсутствовал, поэтому…

— Григорий Андреевич — специалист по болтам, а я — по гайкам, — поясняю я, принимая папки с документацией. — А в память «Эллипса» описание не введено?

— Введено-то введено… Только вот изменения, насколько я помню, внесены не все. Последний инцидент так точно не отражен. Все равно ведь придется скоро демонтировать, — оправдывается Михаил Олегович.

— Далеко не все, — холодно поправляю я.

— Кабель, который перебили в последний раз, в «Неводе» задействован не будет. Вот мы и не стали… лишнюю работу… Как нам тогда казалось, — поспешно добавляет директор, наткнувшись на мой удивленный взгляд.

Интересно, интересно. И Гриша мне ничего об этом не сказал. Не знал, что ли? В Управлении переполох, Витек готов подозревать самое худшее, а здесь — просто авария на линии связи… Протокол обмена в «кольце», естественно, поменяли, но где-то допустили ошибку. Вот и получился «эффект веника».

Я облегченно улыбаюсь. Это Гриша на всех страху нагнал. Все-таки ему еще рано самостоятельно охотиться. Только услышал шорох в кустах, и сразу в панику: медведь! А на самом деле…

Где-то крыса перегрызла кабель. Система переключилась на резервный. Его зацепил пьяный экскаваторщик. На складе кабеля не оказалось. Вообще-то он есть, и много, но не тот, который нужен. А нужный сняли с производства. И трубы все переполнены, а рыть новую траншею нечем: экскаватор сломался. И денег нет. Какой там бюджет у горсовета… И наверняка нашелся талантливый системщик, взявшийся за две-три недели перестроить обмен в сети так, чтобы можно было обойтись без оборванного кабеля. Превратить «кольцо» в «серп». Кого-кого, а талантливых инженеров у нас хватает. Трезвых экскаваторщиков — явно меньше. И если бы не ошибочка… Маленькая такая, в одном слове из многих тысяч… Как в свое время в команде, переданной на «Фобос-один»…